Фрустрационная теория агрессии: метод возникновения агрессии и садизма

Фрустрационная теория агрессии: метод возникновения агрессии и садизма

Фрустрационная теория агрессии — это суждение о том, что агрессия возникает в том числе на почве фрустрации, но не является её прямым следствием. Психика, сталкиваясь с невозможностью закрытия базовых потребностей, например безопасности, попадает в качели «от гнева до апатии», а когда изматывается окончательно может перейти в состояние аффекта, но может этого и не сделать.

Вторым важным результатом исследований психологов стал вывод о том, что агрессия в данном случае почти никогда не направляется на источник фрустрации, а ищет для этого более слабую и доступную жертву. Таким образом Джон Доллард, Нил Миллер, Леонард Дуб, Орвал Маурер и Роберт Сирс в 1939 году обосновали причины возникновения садизма, неоправданной пассивной и открытой агрессии, либо аутоагрессии.

Дальнейшее изучение фрустрационной теории агрессии выявило дополнительные сведения. Так более бедные и малообразованные люди намного чаще переходят к агрессии в результате длительного разочарования и дефицита нужных ресурсов. Качества личности, такие как нетерпимость к насилию, играют важную роль и тормозят возникновение садистских и агрессивных процессов.

В классической психологии состояние аффекта неизбежно следует за фрустрацией и предполагается, что психика «выключает» некоторые психические процессы чтобы бросить все силы на достижение желаемого, то есть весь гнев направляется на источник фрустрации. Всё вышесказанное ставит эту теорию под сомнение и полностью опровергает. Уход в агрессию и садизм базируется на фрустрации, но не являются прямым следствием. Одновременно с этим объектом атаки в большинстве случаев ставится невинная жертва.

Предпосылки возникновения садизма

Ключевым фактором возникновения садизма можно считать длительность фрустрации. При сиюминутной угрозе психика действительно предпринимает активные попытки избавиться от источника опасности и если не получается сделать это сразу, наращивает усилия, что в итоге доходит до аффекта. То есть до блокировки некоторых психических процессов, таких как память, с тотальным переносом акцента внимания на достижение поставленной задачи.

Если угроза не сиюминутная или отсутствует вовсе, а проблема заключается в неспособности закрыть базовые потребности, психика не может удерживать высокий уровень агрессии длительное время. Гормоны стресса, такие как адреналин, оказывают негативное воздействие на организм и силы быстро заканчиваются. Наступает апатия. Потом снова гнев и снова апатия.

В данном случае фрустрационная теория агрессии становится актуальной. Человек может перейти к агрессивным действиям и даже провалиться в аффект, но может этого и не сделать, найдя другие способы избавления от мучений. Например, если человек попал в зону эмоционального комфорта или сумел сместить акцент внимания с недостижимой цели в пользу достижимых.

Но есть и третий вариант. Садизм, насколько известно психологии, является не попыткой получить удовольствие, а способом избавления от страданий. В таком случае мы имеем дело с личностью раненой и истерзанной, имеющей серьёзные психо-эмоциональные травмы. Сама психика находится в состоянии затяжной фрустрации. Но побороть источник неспособна.

Тогда объектом насилия становится невинная жертва, как правило намного слабее, не имеющая возможности оказать достойное сопротивление. Также может использоваться психологическое насилие, которое по причине скрытости лишает жертву возможности отвечать. И уже здесь, компенсируя комплексы и наслаждаясь своей властью, садист начинает получать удовольствие. Не от самого процесса, а от того что нашёл способ избавления от личных страданий.

Американские врачи-психиатры отказались вносить садизм в список психических расстройств и одной из причин стало то, что фундамент насилия лежит в области психологии личности, а не отклонений в работе психики. Существует ряд исследований, косвенно доказывающих возникновение агрессии в отношении невинных жертв,  в следствии нарушений в лобной части мозга, но пока эти доводы остаются недоказанными.

Фрустрационная теория агрессии остаётся ключевой в вопросах изучения садизма и иных форм насилия. Счастливый человек не мотивирован на подобное поведение, а вот искалеченная психика в результате затяжной фрустрации способна перейти к агрессии. Чаще всего скрытой, либо по отношению к слабым, невиновным жертвам.

Почему доказательство фрустрационной теории агрессии так важно?

Изначально классическая психология считала агрессию прямым следствием фрустрации и в первоначальном виде теория  заключалась именно в таком выводе. Но в данном случае состояние аффекта было бы неизбежным, а сама агрессия была бы воспринята как естественная реакция организма.

С точки зрения уголовного права пришлось бы вносить изменения и убирать из кодекса наказание за нападение на объект вызвавший фрустрацию. При достаточной доказательно базе, конечно же. Например, сейчас состояние аффекта является смягчающим обстоятельством в случае невозможности агрессора выбрать другой способ решения проблемы.

Работа психологов прояснила эту ситуацию. Агрессия является следствием фрустрации, но не единственно возможным. Человек, в случае доступности иных методов, способен выбрать именно их. Это подтвердили исследования, которые провели уже ближе к 1990 году.

Моральные убеждения и высокая образованность человека критически снижала и почти исключала фрустрационную агрессию. Столкнувшись с невозможностью закрыть базовые потребности или добиться важной цели, они применяли методы ненасильственного сопротивления, либо пересматривали свои задачи, меняя подход к решению.

Также очень важно учитывать индивидуальные особенности личности. Например, ресурсность психики и степень остроты реакций нервной системы. Скорость её возбуждения и торможения. Кто-то долго терпит, но в итоге теряет контроль. Как говорится — бойся гнева терпеливых, они жгут порты, а не корабли. Кто-то напротив мгновенно «взрывался», но также быстро запускалось и торможение реакций.

Всё это доказывает индивидуальность поведения. Фрустрационная агрессия не признана и по факту не является неотъемлемой характеристикой человеческого организма. Применение насилия это выбор, если ситуация не ограничивала его.

Первый пример. Жертва домашнего насилия заперта в квартире и регулярно подвергается издевательствам. Все попытки убежать или спрятаться от агрессора не увенчались успехом. Уровень неудовлетворённости критический, жертва то испытывает гнев, то впадает в отчаяние и апатию. Однажды психика уйдёт в аффект, где человек становится способным расправиться с тираном, даже если тот объективно сильнее. И с утра ничего не вспомнит. Но другого выхода не было.

Второй пример — мужчина любит девушку, она ему нравится и её присутствие важно для него. Все ухаживания и попытки вернуть возлюбленную не увенчались успехом. С утра он угрожает и строит план мести, а вечером отчаивается, просит прощения, умоляет вернуться.

Стадия качелей запросто может обернуться агрессивными действиями в отношении девушки. Но это его выбор. У него были и другие способы избавления от боли. Так как фрустрационная агрессия не является неотъемлемой характеристикой человеческого организма, такой как рост волос или ногтей, то действия мужчины преступны и стали результатом его осознанного решения.

Пример третий. Ребёнка не любят родители, часто применяют эмоциональное и физическое насилие, обесценивают, игнорируют его потребности, отказывают в поддержке и внимании. Внутренняя неудовлетворённость становится фрустрацией, а затем он идёт во двор и мучает уличную кошку.

Или мужчина не получает физической близости, либо неспособен на полноценный акт. Ощущает сильное желание, но добиться этого не может. Происходящее может обернуться тяжёлым стрессом и перерасти в затяжную фрустрацию. В итоге садизм и насилие станут методом избавления от страданий и рождение серийного маньяка уже не за горами.

В обоих случаях мы видим агрессивное поведение и склонность к насилию, но гнев направлен не на свою основную проблему, а на невинных жертв. Психолог отталкивается от возможности погасить источник фрустрации. Прекратить травмирующую коммуникацию с родителями или реализовать свою потребность в физическом контакте с женщиной.

Но психиатрия и уголовное право будут рассматривать преступления как осознанный выбор, потому что несмотря на невозможность избавиться от источника фрустрации, и у ребёнка и у мужчины был доступ к иному способу выхода из своего состояния.

Поэтому так важно продолжать изучать фрустрационную агрессию. И выводы психологов, сделанные в далёком 1939 году по-прежнему важны не только для психологии и психиатрии, но и для уголовного права. Благодаря многочисленным исследованиям мы поняли одну простую истину — любое действие можно объяснить, но далеко не каждое оправдать.

Поделиться с друзьями:

Владислав Кочерыжкин
Adblock
detector